"Живая линия" Interned.ru
+7 (812) 448-08-47
24 часа многоканальный
Вход  Подбор    Добавить    Сервис  Документы    Форум    Ссылки  
 +  -    
  законодательство  недвижимость  статьи
   бизнес
   земля
   инвестиции
   инновации
   ипотека
   лизинг
   политика
   рынок
   финансы
   экология
   экономика
   прочее
  
 Вся недвижимость Сант-Петербурга
 Проверка на безопасность сделки
статьи  >  политика
Странное, но очень понятное интервью
================================================================

В «Независимой газете» (10.02.04) опубликовано интервью Г. Зюганова, которое более чем странным назвать нельзя.

Журналист газеты Анатолий Костюков, размышляя о ситуации в партии, говорит:

«Марксизм-ленинизм – идеология революционная. Значит КПРФ готова к классовым битвам? А помнится Вы говорили, что Россия «исчерпала лимит на революции». Зюганов отвечает на этот вопрос лаконично ( что само по себе уже удивительно): «Не знаю, кто мне приписал эти слова, откуда они выхвачены. Попросил бы вас не тиражировать то, чего я не говорил». На самом же деле журналист прав. Г. Зюганов о лимите на революции говорил на 2 съезде КПРФ. Я цитирую его слова, по «Левой газете» (№ 6, 1993г), опубликовавшей выступление Зюганова. Геннадий Андреевич, заключая своё выступление и поучая делегатов съезда, заявил: « Помните, что наша страна исчерпала лимит на революции и гражданские войны». Почему же лидер партии публично лжёт, открещиваясь от своих слов, сказанных ни где нибудь, а на съезде, да ещё на том съезде, который избрал его лидером партии. Ведь речь Зюганова по существу должна рассматриваться именно как программная. К тому же каждый здравомыслящий человек, способный хотя бы на минимальный анализ самых элементарных вещей, понимает, что в России лимит на революции действительно исчерпан. Сегодня совершенно другие времена и совершенно другая страна.

Думается, что ответ на этот вопрос найти совсем не сложно. Сегодня зюгановско-беловская партийная верхушка озабочена не реальными проблемами общества и своей партии, а реальными проблемами борьбы за власть над партией. В пылу этой борьбы многие, и прежде всего зюгановско-беловское большинство Президиума ЦК , забыли не только о морально-нравственных нормах поведения и отношения к своим товарищам по партии, но что самое печальное, отбросили в сторону ленинские нормы партийной жизни и даже самолично начали дезавуировать основные положения уставных и программных документов. Всё это происходит на фоне усиливающегося в партии леворадикального словоблудия, отчаянно культивируемого и поощряемого товарищами В. Чикиным и А. Прохановым, которые являются владельцами газет «Советская Россия» и «Завтра». Открытая Президиумом ЦК КПРФ дискуссия «Коммунисты и вызовы XXI века» по объёму заявленных проблем не способна выполнить поставленную задачу хотя бы потому, что до съезда осталось слишком мало времени. Эта дискуссия является чисто формальной акцией. К тому же в соответствие с Уставом КПРФ партийную дискуссию объявляет ЦК КПРФ, а не Президиум (см. ст. 2.3). Реальная задача этой формальной дискуссии – вычленить сторонников зюгановско-беловского направления и всё сделать для того, чтобы именно эти сторонники оказались делегатами предстоящего партийного съезда, которые и должны осудить «семигинщину» и весь «правый уклон». Часть этих процессов очень выпукло отражена и в интервью, о котором идёт речь. Например, журналист, не скрывая своей радости, говорит: «Итогом этой дискуссии, чувствуется, станет сильное полевение КПРФ».

Радость журналиста «Независимой газеты» понятна. Он, конечно же, радуется не от того, что разделяет наши коммунистические идеалы. Просто уже давно известно, что «сильное полевение КПРФ», к чему и призывают леворадикальные словоблуды, переведёт партию в маргинальную часть общества и не более того. И что же отвечает на это лидер КПРФ? « А что вы хотите? – отвечает он сурово, - идёт полевение общества в целом». Странно, однако. Почему же партия в условиях чуть ли не тотального полевения общества потерпела сокрушительное поражение на Думских выборах? По Зюганову ответ ясен: в проигрыше виноваты как всегда Кремль, а также Селезнёв, Глазьев, Купцов, Семигин, Потапов и др. Виноваты все, но только не руководитель партии и не его большинство в нынешнем Президиуме ЦК. Одним словом вокруг партии и внутри партии одни враги. Разве не правда, что это есть типичная фразеология леворадикальных партийных извращенцев? Это сущая правда, потому что проигрыш на выборах – это результат неспособности зюгановско-беловского большинства в Президиуме ЦК адекватно оценивать ситуацию. Проигрыш на выборах – это потеря управления партией, того управления, которое должно базироваться на ленинских нормах партийной жизни, а не на леворадикальном словоблудии. (Ловлю себя на мысли, что в последнем слове после буквы «л» меня просто тянет поставить «я». Жаль, что этого всё же нельзя делать).

Давайте посмотрим как Зюганов трактует некоторые программные положения партии. В последние несколько лет у него, как и у Ю. Белова, к понятию социал-демократия наблюдается резко отрицательное отношение. В рассматриваемом интервью Г. Зюганов заявляет, что в России социал-демократической традиции нет и она может лишь оказывать содействие Путину. С моей точки зрения подобные пассажи со стороны лидера партии свидетельствуют о не знании им не только предмета разговора, но и программных установок своей собственной партии. Например, в программе записано, что партия будет добиваться реализации своих целей всеми законными средствами. Разве такой путь реализации целей не является именно социал-демократическим? В этом же документе записано, что партия использовала и будет использовать как парламентские, так и внепарламентские формы борьбы. Разве для компартии парламентская борьба и сама парламентская работа как таковая не является составной частью социал-демократической деятельности партии? К этому следует добавить, что Геннадий Андреевич Зюганов в своей главной книге «Россия- родина моя» писал: «Необходимо отдавать себе отчёт в том, что задачи на ближайшее будущее – это задачи общедемократического характера». Разве общедемократические задачи в современных условиях не являются социал-демократическими? Почему Зюганов не в состоянии внятно и просто ответить: на современном историческом этапе социал-демократическая деятельность является одной из составных частей всей работы коммунистической партии? Почему в документах партии социал-демократическая часть партийных задач размыта и не конкретна?

К большому сожалению и на этот вопрос есть ответ, который не хотят или не могут осознать не только нынешние сторонники Зюганова, но и его оппоненты. Зюганов самоидентифицировал себя прежде всего в качестве общероссийского политика, а не руководителя партии. Поэтому он не отстаивает в партии свои идеологические убеждения, а делает вид, что подчиняется партийному большинству. Для него партия – лишь инструмент и способ быть именно политиком. Отсюда тактика лавирования, политического многословия, а в конечном итоге идеологической неопределённости. Поэтому он совершенно спокойно в угоду левому крылу партии отказался от идеологии государственного патриотизма, исключив вместе с Ю. Беловым из политического лексикона даже само это понятие. И это несмотря на то, что для разработки идеологии государственного патриотизма и Зюганов и тот же Белов сделали очень много. И это не смотря даже на то, что КПРФ НАБИРАЛА ПОЛИТИЧЕСКИЕ ОЧКИ И ОПИРАЛАСЬ НА ВОЗРОСТАЮЩЕЕ К СЕБЕ ДОВЕРИЕ В ОБЩЕСТВЕ ИМЕННО В ТОТ ПЕРИОД, КОГДА ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПАТРИОТИЗМ ПРЕПОДНОСИЛСЯ КАК ОФИЦИАЛЬНАЯ ИДЕОЛОГИЯ ПАРТИИ. Предполагалось, очевидно, что жизнь сама расставит всё на места и поэтому Зюганов и Белов «сдали» идеологию государственного патриотизма без лишнего шума. Но законы внутрипартийной жизни не терпят идеологической неопределённости. Борясь против идеологии государственного патриотизма, левое крыло партии стало превращаться в леворадикальное. На 7 съезде партии был принят документ «Очередные задачи КПРФ». При наличии в этом документе ряда неоспоримых выводов и положений, он, тем не менее, оказался оторванным не только от реалий жизни, но что самое главное – от реальных возможностей партии. Не выполнив ни одной «очередной задачи партии» и вогнав тем самым партию в глубокую и чёрную «правую политическую яму», леворадикальное течение в партии, компенсируя свою несостоятельность, превратилось в течение леворадикального словоблудия. Иными словами вся КПРФ превратилась в партию правого уклона под прикрытием леворадикального словоблудия. А что же Зюганов? А Зюганов, благополучно сдав идеологию государственного патриотизма и идя на поводу у левых словоблудов оказался там, где и должен был оказаться – в элементарной ловушке. Ведь среди «восставших» против Зюганова на 9 съезде мы видим прежде всего тех, кто активно выступал и выступает против идеологии государственного патриотизма. Задача левых словоблудов – окончательно, раз и навсегда разделаться с идеологией государственного патриотизма и всю вину за ситуацию в партии возложить именно на Зюганова. Но мы видим и другую группу оппонентов Зюганова. Это коммунисты, которые реализовывали программную установку на укрепление НПСР и которые справедливо обвиняют Зюганова в бездействии и самоустранении от обязанностей руководителя НПСР, а в конечном итоге – в развале патриотического союза. Оказавшись в этой ловушке из-за своей идеологической беспринципности, Зюганов, а с ним и Белов, уже практически окончательно сдавшие и развалившие идеологию государственного патриотизма, волокутся за леворадикальными словоблудами, разваливая тем самым и партию только лишь для сохранения реноме Геннадия Андреевича, как политика. Но без партии Зюганов станет никем. Поэтому ему в принципе всё равно, станет ли партия леворадикальной, а значит, через некоторое время уйдёт на обочину политической дороги, или же она воспроизведёт саму себя как партию государственного патриотизма и станет действительно качественно новой коммунистической партией, которой она была в какой-то степени до своего 7 съезда. Второе предпочтительнее и для партии и для Зюганова. Весь вопрос в одном – понимает ли это сам Геннадий Андреевич Зюганов и осталась ли у него политическая воля, чтобы заявить на 10 съезде, что КПРФ ДОЛЖНА БЫТЬ ПАРТИЕЙ С ИДЕОЛОГИЕЙ ГОСУДАРСТВЕННОГО ПАТРИОТИЗМА.

Всем остальным (и прежде всего нашим несокрушимым леворадикальным словоблудам) я хотел бы сказать следующее. Нужно понять одну простую истину: государственный патриотизм является историческим фактом в русской общественной мысли. Государственный патриотизм ( в его социалистическом содержании) является неотъемлемой составной часть русской марксистско-ленинской философии. Те, кто видят в государственном патриотизме какую-то альтернативу марксизму-ленинизму, на самом деле не имеют никакого представления ни о том, ни о другом.

Сергей Ованисьян



Мы публикуем на нашем сайте статью видного представителя коммунистического движения Петербурга, члена Городской избирательной комиссии С.А. Ованисьяна, предоставленную нам автором - близким другом организации "Коммунисты Петербурга" - в эксклюзивном порядке. Грозящая опасность словоблудия.

Оговорюсь сразу. Для Санкт-Петербургской организации КПРФ грозящей опасности словоблудия уже не существует. Благодаря стараниям Ю. Белова наша организация в режиме словоблудия работает давно, хотя официально этот режим был закреплен в решениях первого этапа городской конференции 22 марта 2003 г. Речь таким образом идёт об опасности, грозящей всей партии.

Несомненно, что апофеозом словоблудия, разъедающего сегодня партию изнутри, является статья Ю. Белова "Грозящая опасность", опубликованная в "Советской России" 22 июля 2002 года. О ней можно было бы давно забыть, если бы статья не послужила, как теперь выяснилось, заранее спрограммированным информационном поводом для организации сторонниками Белова самой большой внутрипартийной провокации за всё время существования КПРФ. Кремлёвские деятели из путинской команды Сурков и Волошин, "разрабатывающие" КПРФ с целью разрыва связки Зюганов-Семигин-Глазьев, в лучших мечтах не могли предположить, что провокация по столкновению лбами руководства НПСР начнётся не просто изнутри партии, а изнутри её управляющего органа - Президиума ЦК КПРФ. Впрочем, весьма возможно, что именно Белову в провокации отводилась запланированная роль, а сам Белов, отыгрывая её, прекрасно знает на что пошёл. О том, что словоблудие как оправдание и способ аргументации этой провокации является едва ли не основным инструментом, каждый коммунист может понять самостоятельно, прочитав эту статью ещё раз и более внимательно. Я не имею возможности останавливаться на всех парадоксах и несуразностях статьи Белова и поэтому рассматриваю лишь некоторые из них.

***

Белов сообщает читателям, что "вот уже десять лет идёт процесс формирования идеологии русского социализма". Почему именно десять лет - совершенно непонятно ни читателям, ни самому Белову. Ведь двумя абзацами выше автор пишет, что русский путь к социализму был определён Лениным и Сталиным. Очевидно Белову что-то не нравится в русском социализме Ленина-Сталина и он решил , что при Ленине и Сталине был определён лишь "русский путь к социализму", а вот теперь, при Белове, формируется "русский социализм" как таковой. Нетрудно заметить, что указанные Беловым десять лет "процесса формирования идеологии русского социализма" совпадают с десятью годами существования КПРФ. Очевидно автору очень хотелось сказать, что идеологию русского социализма формирует именно КПРФ, но Юрий Павлович не может и этого сделать. Почему? Не потому ли, что наша партия возрождалась как партия с идеологией государственного патриотизма, которую Белов яростно и, особо отметим, не безуспешно, отстаивал почти в течение пяти лет, а потом тихонько и подобострастно (в угоду лево-непримиримым фразёрам) о ней забыл? Вот и приходится товарищу Белову выбирать: если сказать , что КПРФ разрабатывает идеологию русского социализма, тогда нужно объяснить куда исчезла идеология государственного патриотизма. Если же утверждать, что КПРФ разрабатывает идеологию государственного патриотизма, тогда нужно объясняться почему игнорируется понятие русского социализма, которое очень часто использует Г. Зюганов в своих статьях и выступлениях. Но Белов и здесь находит выход. Он учит несмышлёных читателей и всех своих почитателей, что КПРФ тоже встала на русский путь к социализму как при Ленине и Сталине, а вот процесс формирования идеологии русского социализма идёт сам по себе, как бы самостоятельно. Чувствуете к чему клонит автор? Просто к тому, что нашей партии нужно остановиться в своём развитии (потому что КПРФ не пошла, а именно встала на путь к русскому социализму) и подождать, когда идеология русского социализма сформируется сама по себе, а уж потом мы покажем всем известную кузькину мать, а может при случае и ботинком по трибуне постучим. В контексте проблемы русского социализма ещё более непонятна позиция Белова и относительно социальной базы КПРФ. Он пишет, что "в неё (т.е. в социальную базу) входят люди не только левых, но и национально-патриотических взглядов". Но ведь каждому известно (и Белов сам это утверждал), что русский социализм и национально- патриотические взгляды - это понятия, тесно и неотрывно связаны между собой как сиамские близнецы. Разделять левые и национально - патриотические взгляды - значит отделять КПРФ (как левую партию) от русского социализма, за который Белов стоит вроде бы горой. Касаясь подобных попыток отделить социалистическую идею от патриотической, Г. Зюганов на VII съезде партии сказал , что они "исходят из представления, что идейная платформа КПРФ соединяет в себе будто бы разнородные начала - социалистические и патриотические. Это - недоразумение". Какой же в таком случае видит Белов нашу партию - левой или национально-патриотической? А между тем идеологию государственного патриотизма ни один партийный документ не отменял. И почему понятие государственный патриотизм стало в партийном лексиконе едва ли не запрещённым, Ю. Белову ещё предстоит коммунистам объяснить. Разумеется, что никто не может отрицать постановки и рассмотрения вопроса о русском социализме. Но Белову по логике вещей, как знатоку диалектики (об этом он нам очень часто намекает), следовало бы в своих статьях затронуть вопрос не о русском социализме, выступающем в качестве самостоятельной идеологии, а например, о проблемах русского социализма в идеологии государственного патриотизма. При таком подходе к вопросу имели бы место и диалектика, и диалектическая логика, и соответствие постановки вопроса всем официальным партийным документам и решениям. Но Белову этого не нужно, ему сподручнее заниматься словоблудием, а не разработкой реальных идеологических проблем. Зато коммунистам остаётся лишь гадать - идём мы или стоим на пути к чему-то, к тому же и пути -дороги до сих пор так и не понятны - не то русский социализм, не то государственный патриотизм, а может быть и государственный капитализм, замешанный на историческом патриотизме. В этом, читатель, и заключена великая сила словоблудия! Опираясь на наш великий и могучий русский язык, автор посредством словоблудия может из чёрного сделать белое, из не совсем вкусной вещи приятную конфетку, а читателям дать возможность помечтать и пофантазировать, чего запретить, как известно, невозможно никому.

В своей статье Белов оповещает всех своих читателей о том, что оказывается наша партия рождалась "тяжко", да ещё в условиях противоборства двух "течений", и "направлений", причём одно из этих "течений-направлений" в его статье тут же и в срочном порядке почему-то превратилось в "тенденцию". Оставим за скобками тот прискорбный факт, что между понятиями "направление" и "течение" с одной стороны и понятием "тенденция" с другой, имеются принципиальные и существенные различия. Отметим лишь, что для словоблудства такие "мелочи" являются пустяком. Но зато этот пустячок иногда позволяет словоплётам непрямо и витиевато, подспудно и незаметно внушить и внедрить вполне определенные мысли. Всё дело в том, что в конечном итоге в качестве направления и течения Белов обозначает "стремление социал-демократизировать компартию". В переводе на русский язык это означает, что правый уклон в партии представляет собой устойчивое и развивающееся явление. То есть это факт. А вот лево-воинствующее течение, при котором партия возрождалась, Белов срочно превратил в тенденцию, т.е. в опасность, которая могла быть, но которой нынче как бы вовсе и не существует. Здесь Белов уже не лукавит, а просто желаемое выдаёт за действительное. На самом же деле, лево-воинствующая тенденция, имевшая место при возрождении партии, живёт и процветает, давно превратившись в опасный левацкий уклон в партии, о котором публично не пишут. И делают разумеется не случайно, потому что этот левацкий уклон в партии не просто существует, а набирает силу. Судите сами. Это наши внутрипартийные леваки заболтали идеологию государственного патриотизм и создали в своё время "ленинско-сталинскую" (позже запрещённую) платформу в КПРФ. Это они создавали параллельные обкомы КПРФ в ряде регионов. Всё было сделано, чтобы рядовые коммунисты об этом не знали или знали как можно меньше. Именно наши леваки вынудили в своё время партию "взять курс на всероссийскую стачку", а теперь на развитие протестного движения. Ни того, ни другого не случилось, но наши леваки- фразёры за крупнейшие политические просчёты и невыполнение установок съездов даже и не собираются нести никакой ответственности. Зато они с пафосом словоблудствуют о правом уклоне и исключают за нарушения устава всех подряд, но только не самих себя. Это они навязали VIII съезду партии решение о проведении в октябре 2002 года общероссийской акции "Защитим русский народ, великую русскую культуру - защитим многонациональную культуру!", но не выполнив этого решения, поспешили о нём забыть. И всё это Белов называет тенденцией! Впрочем метод словоблудия, взятый на вооружение Беловым, сделать большего, чем обозвать всё это тенденцией, не может просто по определению. Сегодня левый уклон в партии - это уклон левацкой фразеологии, это уклон, который в силу своей старческой немощи и неспособности мобилизовать партию на реальные практические действия, превращает партию медленно, но похоже уверенно, в партию политической болтовни. Для наших доблестных леваков-фразёров нет ничего страшнее, чем получение любого конкретного результата. Для них перейти к конкретной практической работе - страшнее огня. И не случайно они размазывают по стенке фракцию "КПРФ-НПСР". Ведь в противном случае - нужно заниматься практикой и реальными проблемами города! За десять лет существования партии её левые фразёры, болтая о непарламентских формах работы, гипнотизируя себя "неизбежным надвигающимся социальным взрывом" так и не смогли провести и организовать ни одной непарламентской акции в масштабах страны.

Стратегическая задача левых уклонистов-фразёров обрисовалась благодаря Белову очень выпукло и рельефно: не допустить на выборах в ГД, чтобы фракция КПРФ стала большинством , а находясь в меньшинстве в мягких депутатских креслах и ни за что не отвечая, гневно обличать всё, что их не устраивает. Но может ли товарищ Белов прямо и честно, открытым и понятным русским языком обо всём этом рассказать своим товарищам по партии? Разумеется нет, потому что товарища Белова не поймут уже и те, кто ему до сих пор ещё по-детски и наивно верит. И поэтому Юрий Павлович опять прибегает к словоблудию. "Коль влияние партии в стране определять только и только количеством её мест в Думе, - пишет он, - то тогда надо прямо сказать: КПРФ должна стать парламентской партией…". Но кто же влияние партии определяет только и только количеством депутатских мест? Об этом Белов не пишет. Для него главное внушить мысль, что такие люди, которые кроме выборов ничего не желают больше делать, в партии есть, а значит от них надо освобождаться. Ибо не дай бог и на самом деле станем реальным большинством в Думе, а значит по логике левых фразёров станем и парламентской партией. О том, что партия согласно партийным документам должна сочетать парламентские и непарламентские формы борьбы , о том, что выборы не самоцель, а "форма классовой борьбы", о том, что достижение максимально возможного результата на выборах - это нормальное стремление любой нормальной партии у которой есть что предложить обществу - обо всём этом Белов в своей статье предпочитает забыть. Причём возможность достижения более значимого результата на предстоящих выборах в ГД его настолько беспокоит, что он пытается внушить мысль, что реальных условий для этого ещё не существует. Сначала для пущей важности он рассуждает о том, что "идеология КПРФ оказалась востребованной десятками миллионов". Далее справедливо уточняет, что КПРФ поддерживается "миллионами, живущими на зарплату, пенсию и пособие". Затем не забывает сказать и о том, что в России всё же протестное движение нарастает. Но затем с истинным размахом диалектика Белов вспоминает об очередных "многих миллионах", но уже не идущих на выборы, а также о "многих миллионах", находящихся во власти всяческих иллюзорных надежд и голосующих против нас. Проведя сей великолепный диалектический анализ и окончательно запутавшись во "многих миллионах", Белов как диалектик предлагает блестящий выход для партии на очередных выборах. " Партия - пишет он - обязана стать на линию огня и принять новый бой". А посему Юрий Павлович "убежден, что нельзя отказываться от выработанной ею народной политтехнологии предвыборной борьбы - от человека к человеку". Но если сдуть с этих строк весь показной пафос словоблудия - то остаётся лишь единственный вопрос: а кто собственно говоря отказывается от этой "политтехнологии"? На самом деле никто, а значит и вопроса для обсуждения просто не существует. Но такой уж жанр словоблудия: высосать из пальца проблему, заставить эту виртуальную проблему работать на себя, а подразумевать прямо противоположное тому, что пишешь. Повторяю ещё раз - всё делается для того, чтобы партия на предстоящих выборах не получила более высокого результата. Поэтому Белов пишет не о практических задачах партии по подготовке к выборам, а например о том , что расширение левопатриотического сознания "может произойти только на основе упрочения того, что есть". Иными словами нам не нужно бороться на выборах, нам нужно лишь добиться упрочения того сознания, которое естественно большего количества голосов не принесёт. Проще говоря, нам нужно остановиться и отдохнуть. Ну а тем, кто наивно предполагает всё-таки побороться на выборах Белов наносит просто сокрушительный удар: "Вы же хотите за сезон преодолеть кризис сознания в надломленном обществе". Такой катастрофы, как преодоление кризиса сознания за один сезон Юрий Павлович конечно же не вынесет. Но ему и бояться не стоит. Хотя бы потому, что автор опять в который уже раз высасывает из пальца очередную виртуальную проблему, ибо на самом деле мысль преодолеть кризис сознания за один сезон может возникнуть только у человека с воспалённой фантазией. Не стоит бояться Белову и того, если вдруг КПРФ получит большинство в ГД. Такой результат ни в коей мере не будет свидетельствовать о преодолении кризиса сознания. Результаты выборов на федеральном уровне помимо общественного сознания определяются общественным мнением, сложившемся в обществе перед выборами. Общественное мнение является слишком подвижным и постоянно изменяемым социологическим параметром. И задача любой политической партии на выборах - убедить общественное мнение в необходимости голосовать за свою программу и своих кандидатов. Таковы правила игры. Более того, абсолютно некорректно говорить не только о преодолении за один сезон кризиса общественного сознания, но даже о преодолении кризиса общественного мнения. Специалисты склоняются к тому, что избирательные объединения и блоки, затрачивая огромные финансовые средства на выборы, могут изменить общественное мнение ( электоральное предпочтение) в свою пользу в лучшем случае на 3 - 4 %. И они идут на финансовые затраты потому, что таковы не только правила игры, но такова и объективная реальность. По Белову указанные 3-4 % - "это немало, но это не так много, как хотелось бы". А поскольку не так много, то и не надо использовать современные, но дорогостоящие выборные технологии. Иначе "…чем мы будем тогда отличаться от противника: высокими идеями в дорогой упаковке?" - задаёт он типичный для левацкого словоблудия вопрос.

Напустив теоретического тумана в виде "течений, направлений и тенденций", окрасив его в "цвета русского социализма и "кризиса общественного сознания надломленного общества", окутав этим туманом головы "многих миллионов", а заодно и своих читателей, Юрий Павлович убеждает, а убеждая обманывает, что желание провести выборы на современном технологическом уровне - это есть стремление превратить выборы в самоцель партии. Однако надеясь, что на предстоящих выборах мы получим меньший результат, Белов прекрасно понимает: за этот спланированный провал придётся держать ответ перед партией, а значит придётся и отводить удар от организаторов провокации. И в полном соответствие с внутрипартийной классикой номенклатурных игр Белов в своей статье активно разрабатывает тему будущих "виновников" провала. Те кто читал статью Белова понимают о ком и о чём идёт речь. Речь идёт о председателе исполкома НПСР, а следовательно и о тех, кто осмелился его поддержать.

***

В своей провокационной статье "Грозящая опасность" Ю. Белов взламывает одну из первооснов идеологии государственного патриотизма и программных установок партии - союз КПРФ и народно-патриотических сил. Нашим левакам-фразёрам, борцам не то за русский социализм, не то за чистый социализм и чистый марксизм-ленинизм, этот союз, провозглашаемый во всех партийных документах как высшее достижение партии , является на самом деле костью в горле. Белову и его сторонникам нужен карманный и безропотный НПСР. Им нужен НПСР, чтобы добиваться своих целей не вместе с НПСР, а его руками. Управляемый НПСР предполагает "руководящую и направляющую силу" КПРФ внутри самого союза. Между тем нормально работающий союз предполагает взаимодействие союзников и выполнение договорных обязательств. Последнее - хлопотно и трудно, а наши левацкие словоблуды, как мы уже убедились, трудиться не привыкли. Поэтому Белов и его сторонники не только препятствовали работе НПСР, но и тем самым не выполняли решения съездов. А за это ответственность уже несет руководитель НПСР и Председатель ЦК КПРФ Г.Зюганов. Таким образом, дискредитируя НПСР и целясь в Г. Семигина, товарищ Белов попадает в Г. Зюганова. Делает он всё это весьма продуманно, но в полном соответствии с жанром словоблудия, как бы не прямо, а на всякий случай. Ведь уже не за горами съезд партии, после которого будет решаться вопрос и о лидере партии. А вдруг Зюганова не изберут лидером партии? А Белову очень охота быть правильным во всех отношениях: и относительно Семигина, и относительно Зюганова, и относительно возможной новой кандидатуры на пост лидера партии. И не случайно на городской конференции Белов поспешил вручить грамоту с благодарностью товарищу Мельникову. Пусть знает планируемый левыми на пост генсека партии Мельников, что леваки-ленинградцы в нём души не чают. Как говорится, в будущем пригодится. Но в чём же были ошибки Г. Зюганова, который допустил, что Семигин стал вторым лицом в НПСР? Сказать , что доводы Белова, являются смехотворными - значит не сказать ничего. Эти доводы и аргументы высвечивают полную несостоятельность и неспособность левых уклонистов в ЦК к какому либо конструктивному анализу и действию. Едва ли не с ужасом Белов пишет: "Геннадий Юрьевич Семигин - человек иной формации, кажется преуспевающий бизнесмен-финансист. В патриотической среде он мало известен, ну а о левой оппозиции уж и говорить не приходится." Таким образом, по Белову выходит, что он как член Президиума ЦК, а следовательно и сам Президиум, вообще не представляли кто такой Семигин. И глаза у них бедненьких открылись только сегодня и к назначению Семигина они конечно же не имеют никакого отношения. К чему же клонит Белов? Да к тому, что виноват в этом назначении Зюганов. Только вот прямо сказать об этом Белов никак не может, а потому лишь намекает. На самом же деле статья Белова "Грозящая опасность" убедительно показала, что левые уклонисты в ЦК и его Президиуме не только не способны принимать участие в деятельности руководящих органов НПСР, (т.е. заниматься делом, а не словоблудием), но не хотят и не способны выполнять собственные партийные решения. Доказательства этому лежат на поверхности. В своей статье Белов с негодованием и издёвкой рассуждает о деятельности теневого кабинета министров. И вот что он пишет: "…этот так называемый кабинет министров образован сепаратным образом, без согласования с Президиумом ЦК партии, иными словами, без решения и одобрения руководства ведущей организации НПСР". Между тем о необходимости теневого правительства в течении многих лет коммунисты писали в ЦК партии, в патриотические газеты, говорили на своих собраниях и конференциях. Об этом же в течении нескольких последних лет и на всех уровнях (от СМИ и до партийных съездов) говорил и Г. Зюганов. А в докладе на VII съезде партии Г. Зюганов о кабинете министров заявил как о решённом деле: "…мы создаём теневое правительство. Оно будет внимательно отслеживать все мероприятия власти, оппонировать им и предлагать обществу альтернативные решения". Напомню, что съезд партии принял доклад Г. Зюганова как "руководство к действию". Почему же Президиум ЦК самоустранился от формирования кабинета министров и согласования его состава, а значит и не справился с поставленной задачей? Этот вопрос Белов обходит стороной. Ведь он снова не может признаться в том, что в Президиуме ЦК левые уклонисты вместе с Беловым составляют большинство. Стоит только в этом признаться как тут же виновники творящегося развала НПСР сразу же будут обозначены. Но тем самым Белов снова прячет себя и своих сотоварищей по левому уклону за спину Г. Зюганова. Ведь Юрий Павлович прекрасно понимает, что читатели, задумываясь о причинах провалов в работе Президиума и пытаясь отделаться от навязчивого словоблудия автора статьи, вольно или невольно сами придут к мысли, что во всем виноват Зюганов. И сделают это вроде бы без прямой подсказки Белова. И сделают именно то, чего очень хочет автор статьи. К большому сожалению, есть конкретные факты, подтверждающие, что после выхода статьи Белова уровень доверия к лидеру партии Зюганову снижается. Но об этой "тенденции" Белов помалкивает.

Касаясь проблемы финансирования структур КПРФ со стороны НПСР, Белов пишет: "Конечно же, КПРФ - не та партия, которую можно прикупить на разменную монету политической коммерции. Но опасность тлеет, и ее надо разглядеть в самом начале". Оставим на совести Белова тот факт, что под разменной монетой политической коммерции он понимает то, что финансирование КПРФ Г. Семигин осуществляет в полном соответствии с законом "О политических партиях". Белову не нравится, что финансированием занимается член КПРФ, являющийся официальным лицом в официальной структуре, т.е. в НПСР.

Ещё Юрию Павловичу очень не понравилось, что целый ряд секретарей региональных организаций КПРФ и, в частности Олег Корякин, начали на практике осуществлять никем не отменённые в партии идеологические и организационные установки на укрепление сотрудничества с НПСР. Такое неприятие действий со стороны члена Президиума ЦК КПРФ товарища Белова может показаться действительно странным и парадоксальным. Но это лишь на первый взгляд. На самом же деле всё просто как мычание телёнка, поскольку "опасность тлеет" в первую очередь лично для Белова. Самостоятельность О. Корякина, его стремление укреплять связи с официальным руководством НПСР в лице Г. Семигина лишает Белова права на самостоятельное и личное управление финансовыми потоками городской организации. А для Белова - это вопрос жизни или смерти. Белов и его ближайшие сподвижники находятся на финансовой подпитке со стороны господина Александра Афанасьева. Об этой личности написано уже достаточно много и не мне судить о достоверности и объективности этих публикаций. Я могу внести лишь некоторые уточнения, которые мне достоверно известны. Господин Афанасьев никогда не был ни членом КПРФ, ни членом НПСР. И когда его представляют "верным марксистом" или "верным зюгановцем" (терминология СМИ) - всё это не соответствует действительности. Афанасьев является беловским зюгановцем лишь постольку, поскольку Белов обеспечил Афанасьеву место в действующей Госдуме по партийному списку, а господин Афанасьев исправно в соответствии с договоренностями оплачивает эту услугу. Во-вторых, этот господин осуществляет финансовую подпитку Белова на основе межличностных договорённостей, о которых не ведомо ни одному члену партии. Естественно, что такое положение дел не устраивает очень многих коммунистов и прежде всего потому, что уже действует закон РФ "О политических партиях". Зато это очень устраивает Белова, который во что бы то ни стало пытается второй раз протащить Афанасьева в Госдуму по партийному списку. Это позволит Белову безмятежно заниматься своим любимым делом - публицистикой, а заодно осуществлять финансовые инъекции своим ближайшим соратникам. И ради достижения своей цели Юрий Белов задействовал все без исключения механизмы аппаратных игр и приёмов, благо бывшая КПСС их накопила с избытком. Но вся беда в том, что эти приёмы и методы не имеют ничего общего с действующим Уставом КПРФ. Для Белова - все кто выступают против Афанасьева становятся автоматически личными врагами Белова. Иначе говоря, проблемы внутрипартийной жизни Белов переносит в сферу межличностных отношений и личных интересов. На Пленуме Санкт-Петербургского горкома КПРФ 15 марта он уже весьма определённо намекнул о наличии среди коммунистов врагов партии. Так один из активных организаторов "качественно новой коммунистической партии", немало сделавший для пропаганды идеологии государственного патриотизма, проповедующий в своих многочисленных статьях высокие нормы морально-этических отношений, партийного товарищества и принцип "не навреди партии", превратился в заурядного партийного функционера староКПССного пошиба, отрабатывающего за счёт партии свои собственные личные и в лучшем случае - околопартийные интересы. Подобная мутация Белова от проповедника идеологии государственного патриотизма до откровенного защитника левацкого уклона в партии - типичное проявление психологии "интеллигентской взвинченности и истеричности" (В. Ленин).

Просто нельзя не коснуться и того раздела статьи Белова, где он критикует Концепцию теневого кабинета. И здесь Юрий Павлович под видом критики отдельных положений Концепции на самом деле опровергает прежде всего лидера партии Зюганова. Причём делает это практически по всем позициям. Речь, однако, о другом. Белов буквально изгаляется над фразой авторов концепции о том, что "в стране левопатриотических взглядов придерживается в той или иной степени около 60% граждан". Белову подобное утверждение представляется как "перл канцелярского прожектёрства". Назвав авторов концепции прожектёрами, Белов естественно начинает рассматривать дело, как оно есть. "Если бы было так как показывает ваша среднепотолочная социология, - заявляет Белов - то результаты думских и президентских выборов были бы иными". Между тем социология, которую очевидно автор и называет среднепотолочной, приведена в "Советской России" от 23.06.02г. Я думаю, что со стороны Белова некорректно называть социологов С. Обухова и С. Васильцова, постоянно проводящих необходимые для партии исследования, среднепотолочными социологами. Но это право Белова. Согласно приведенным данным до половины населения страны видят в КПРФ основную силу государственного патриотизма. Еще 15-20% россиян относятся к тем, которые до конца не определились и которым нужно помочь подтянуться к левоптриотической оппозиции. Таким образом согласно социологическим данным выходит, что левопатриотических взглядов "в той или иной степени" придерживается до 70% населения и следовательно указанные в концепции 60% являются более чем взвешенной оценкой. Белов отвергает даже эти 60% потому что не может взять в толк одну простую истину. Она заключается в том, что для избирателя приверженность левопатриотическим взглядам ещё вовсе не означает обязательности голосования за КПРФ. На прошлых выборах в ГД КПРФ получила более 24% голосов. Но где же оставшиеся до 60% голоса? 7% проголосовало за леворадикальные организации, потому что КПРФ так и не убедила их, что левизна в современных взглядах в корне отличается от левизны эпохи промышленного пролетариата и классовых боёв. Но кто же виноват, что мы так и не убедили их? Я полагаю, что виноваты наши леваки-словоблуды. Используя леворадикальную фразеологию они отвергли от себя эти 7% своим полным бездействием в практической работе. 5% проголосовало за организации, близкие к левому центру и еще не менее 4% растворилось в болоте так называемого "центра". И если 7% за нас не проголосовали как за "партию бездействия", то указанные 9%-за нас не голосовали, потому что ещё не видят ни в НПСР, ни в КПРФ организации, способной реально объединить приверженцев государственного патриотизма. Оставшиеся 20% из рассматриваемых 60 % вообще воздерживаются от выборов. Они нам говорят просто и понятно: "Ребята, мы вам симпатизируем, но вы наконец разберитесь со своей идеологией и со своими внутренними делами. Тогда мы и пойдём голосовать за вас. А пока что мы вас не совсем понимаем". Дело таким образом не в противоречии между голосующим и не голосующим сознанием, о чём так не убедительно пишет Белов. Дело в том, что левые уклонисты борясь за "чистоту КПРФ" и устраивая внутренние "разборки" в партии, просто отпугивают от КПРФ весьма большую часть избирателей. Иными словами общественное мнение людей с левопатриотическими взглядами является не консолидированным, потому что нет консолидированной левопатриотической организации и нет консолидированной идеологии государственного патриотизма. И это не удивительно. Ведь наши левые фразёры пытаются загнать КПРФ в постоянно сужающийся коридор пресловутой левизны общественного сознания. На корню губя идею о народно-патриотическом союзе, леваки-фразёры добились почти стопроцентного результата. С образованием НПСР в 1996 году идею народно-патриотического союза восприняли как необходимую 37% населения, но уже в 1999 году по данным тех же социологов какие-то надежды с НПСР связывали не более 8%. А сегодня Белов со своими сторонниками, доведя собственными усилиями электоральный рейтинг НПСР до 1%, препятствуя деятельности региональной организации НПСР в Санкт-Петербурге, присвоил себе право и роль эксперта концепции теневого кабинета!

При этом Белов поясняет: "Центральный Комитет партии не поручал никому из своих секретарей разрабатывать в Кабинете какие - либо концепции". Из этого пояснения ещё раз вытекает прямо и однозначно, что левые уклонисты в Президиуме ЦК не собирались и не собираются выполнять решения партии по ключевым вопросам, которыми являются деятельность НПСР и укрепление её связки с КПРФ. К чести автора следует сказать, что в конце статьи он всё-таки набрался мужества и прямо обозначил свою позицию, заявив, что блок КПРФ-НПСР является иллюзорным, то есть несбыточным. Я лишь отмечу, что речь идёт не об избирательном блоке, а блоке КПРФ -НПСР как таковом. Таким образом ключевая мысль статьи Белова, главная её идея, поданная через её контекст, заключается в том, что НПСР нам не нужен и КПРФ должна быть партией самой по себе, обособленной и независимой.

Всё-таки Юрий Павлович как публицист обладает удивительной, присущей только ему одному, способностью: взявшись что-либо доказать, он приводит такую систему аргументации, которая в результате доказывает либо прямо противоположное, либо что-нибудь совсем другое. Не оставляя камня на камне от НПСР, Белов сам того не желая, разоблачает не только наличие в партии левого уклона , но и его внутреннее содержание. Автор статьи высветил тот прискорбный факт, что левые уклонисты центральную партийную задачу формирования народно-патриотического союза сознательно дискредитировали и очевидно уже загубили её раз и навсегда. Поэтому сценарий развития событий относительно НПСР представить несложно. С одной стороны на нас выльется очередная порция заклинаний по поводу необходимости усиления НПСР, как единственного условия всех наших грядущих побед. А под этим идеологическим прикрытием (фактически обманом) будет делаться всё возможное для вывода из союза как Семигина так и его сторонников. Самих же сторонников реального НПСР среди коммунистов естественно ожидают известные всем оргвыводы. Впрочем по поводу оргвыводов - разговор должен быть отдельным. А вот по поводу НПСР можно сказать одно: если план левого уклона осуществится, то в конечном итоге это будет виртуальная организация, обеспечивающая некий идеологический имидж единства КПРФ и её союзников. Леваки- фразёры будут обманывать не только партию, они выведут КПРФ на обман всего общества. Но допустимо ли это? Думайте сами. Если же план разгрома Семигина и его сторонников провалится, то левый уклон предстанет перед партией и обществом во всей своей неприглядности и несостоятельности. И неслучайно для левого уклона борьба с НПСР и Семигиным является в полном соответствии с их фразеологией "последним и решительным боем". Или победа, или полное поражение. Поэтому на примере действий беловских фракционеров в городской организации мы видим, что в этой борьбе задействовано всё - от прямого обмана коммунистов до идеологического словоблудства.

***

В статье "Грозящая опасность" Белов утверждает: "Готовность к самопожертвованию определила прочность идейно-нравственной основы организационных структур КПРФ". Несомненно, что для каждого из нас идейность, нравственность и готовность к самопожертвованию являются составными частями чего-то целого, наверное частями нашего мировоззрения, в силу которого, и ещё в силу своих индивидуальных возможностей, мы и жизнедействуем. Однако следовало бы понимать, что каждое из этих понятий имеет свою самостоятельность. И если самопожертвование является сугубо нравственной категорией, то это вовсе не обозначает, что оно непременно должно базироваться на идейности. Точно также идейность не вытекает из нравственности как вода из сосуда . С партийной (а не публицистической) точки зрения идейность представляет собой уровень овладения партийной идеологией, который выражается в конкретной деятельности каждого конкретного коммуниста. И дело не в существующей связи идейности и морали, а в том, что Белов прочность организационных структур связывает лишь с самопожертвованием. Короче говоря, ради КПРФ жертвуйте собой, товарищи коммунисты, и дальше. Я лично не хотел бы оказаться "жертвой КПРФ" и не желаю этого никому. Кроме того я полагаю, что эксплуатировать тему самопожертвования, полученных инсультов и инфарктов ( что и делает в своей статье Белов) просто неприлично. Этот приём Белов использует для воздействия на психологию тех людей, которые привыкли верить красивым словам, но отвыкли думать о том, что написано. Этот приём словоблудия направлен на культивирование и воспроизводство сильных эмоций у слабых людей, что в конечном итоге и приводит их к инсультам и инфарктам, но далеко уводит от реальных первооснов, определяющих организационную прочность партии. Первоосновы, о которых упоминает Белов, давным давно вскрыты и разработаны В. Лениным и делать какие-либо попытки подправлять Ленина по вопросам партийного строительства также нелепо, как например, нелепо подправлять закон всемирного тяготения. Ленин твёрдо, ясно и неоднократно указывал, что первоосновой силы и прочности партии является идеологическое единство коммунистов. Только из понятой и принятой каждым коммунистом идеологии, из понятых и принятых каждым коммунистом целей и задач партии вытекает идейность и готовность к самопожертвованию, а не наоборот, как это внушает нам товарищ Белов.

Идеологические выверты левых уклонов, как впрочем и сами уклоны, существовали всегда и существуют сейчас практически во всех коммунистических партиях. И КПРФ в этом смысле не является и даже не может быть исключением. Более того, левый уклон в нашей партии, который Белов назвал ничего не значащей "тенденцией", возник в КПРФ с момента образования партии. С этим левым уклоном в партии вполне можно было бы сосуществовать и взаимодействовать, если бы наши левые уклонисты использовали цивилизованные, внутрипартийные и уставные методы своей деятельности. К большому сожалению этого не произошло. Левый уклон в КПРФ - это уклон, изначально и непримиримо выступающий против идеологии государственного патриотизма. Сегодня совершенно очевидно, что деятельность левого уклона фактически затормозила развитие партии.

В связи с этим я вынужден напомнить нашим товарищам, что КПРФ возрождалась именно как партия государственного патриотизма. Г. Зюганов в 1994 году писал: "Возникла реальная угроза генофонду российского общества, продолжению его истории, именно поэтому мы выдвинули идею государственного патриотизма как стержневую в спасении многонационального народа". В том же году Ю. Белов, когда он ещё не был леваком-перевёртышем, в одной из статей весьма определённо и категорично заявил: "Конкретный анализ конкретной исторической ситуации обязывает КПРФ быть партией государственного патриотизма". И Зюганов и Белов делали и сделали очень много (и в теоретическом и в организационном плане) для того, чтобы идея государственного патриотизма вошла в поле общественного сознания и была воспринята коммунистами. Основные подходы к проблемам идеологии государственного патриотизма были отражены в документах II чрезвычайного съезда КПРФ (февраль 1993г.), мартовского 1994г. Пленума ЦК партии, апрельской (1994г) конференции КПРФ, в письме Президиума ЦИК КПРФ (август 1993г.). Эти документы, определявшие стратегию и тактику, были установочными для дальнейшего развития партии, для организации идеологической работы на местах. Однако левые уклонисты, в том числе и секретари ЦК, входившие в руководящие органы РУСО, из проекта программы буквально вымывали само понятие государственного патриотизма. Разумеется в полном объеме они своего не могли добиться и Программа партии, принятая на III съезде КПРФ в январе 1995 года, стала программой компромисса: понятие государственного патриотизма и его сущностные характеристики в программе отсутствуют, но по содержанию она имеет признаки программы государственного патриотизма. Так левые уклонисты создали "идеологические ножницы" в главном документе партии и породили предпосылки для своего дальнейшего укрепления. Свой "теоретический" успех они развивали в период между III и VII съездами партии. VII съезд партии принял документ "Очередные задачи КПРФ", который стал по сути своей вторым изданием программы партии, но уже исполненной практически полностью в стиле левацкой фразеологии. Но даже этот документ наших леваков до конца не устраивает. Так например Н.Биндюков, секретарь ЦК партии, бывший идеолог, а значит несущий персональную ответственность за противодействие разработке идеологии государственного патриотизма , незадолго до VII съезда партии писал, что составители "Очередных задач КПРФ" очевидно "приветствуют идеологию государственного патриотизма, но не считают ее главным китом идейного арсенала КПРФ. И это отрадно: данную идеологию правомерно считать актуальным дополнением, но не альтернативой основного идейного оружия коммунистов". Разве это не идеологическое словоблудие? Более того - это прямой обман, осуществлённый и ныне действующим секретарем ЦК КПРФ! Ведь на самом деле разработчики идеологии государственного патриотизма никогда даже и не пытались называть её альтернативной. Наоборот, и Зюганов и Белов доказывали, что идеология государственного патриотизма есть прямое продолжение марксистско-ленинской теории применительно к конкретной исторической ситуации. Но наши леваки - словоблуды слышат только самих себя. До остальных им нет никакого дела.

В своём главном теоретическом документе "Очередные задачи КПРФ" левые уклонисты допустили главную и основную ошибку. Они ориентируют партию на деятельность в условиях якобы усиливающегося протестного движения. Отсюда и вытекает тот набор идеологических штампов, который сегодня насаждается в партийной публицистике в качестве идеологического обеспечения деятельности КПРФ. Но в каком электронном микроскопе они обнаружили протестное движение? Может быть у нас действительно нарастает волна забастовок, стачек и гражданского неповиновения? Всего этого в реальной жизни нет. И добавлю от себя - в ближайшее время не будет. Лабораторно-кабинетное протестное движение - это плод фантазии леваков-фразёров. Это стремление выдать желаемое за действительное. Более ста лет тому назад В.И. Ленин писал: "Социалистическая интеллигенция только тогда может рассчитывать на плодотворную работу, когда покончит с иллюзиями и станет искать опоры в действительном, а не желательном развитии России, в действительных, а не возможных общественно-экономических отношениях". Наши леваки-интеллигенты, не знавшие практики низовой партийной работы и управляющие партией на основе собственных теоретических измышлений, так и не могут осознать, что в России усиливается не протестное движение, а протестное сознание. Называя себя диалектиками, они не могут взять в толк, что рост протестного сознания вовсе не предполагает обязательного роста протестного движения, точно так же (о чем я писал выше) как приверженность левопатриотическим взглядам ещё не означает обязательного голосования за КПРФ. А оказавшись неспособными разобраться в этих вопросах, они нам предлагают пересидеть, пока "кризис общественного сознания надломленного общества" не будет преодолен сам собой. Они нам предлагают заниматься идеологическим левацким словоблудием и отказаться от практической работы.

Но что же сделали наши левые уклонисты во главе с секретарями-идеологами? Во-первых, выхолащивая идеологию государственного патриотизма, они сделали своим заложником прежде всего Г.Зюганова. Они нейтрализовали лидера партии как активного разработчика идеологии государственного патриотизма, поскольку он по определению обязан следовать принятому на VII съезде документу. Но Зюганов тем самым не только попал в зависимость от левого уклона, но после VII съезда партии начал терять управляемость партией. А что же сделал Юрий Белов? А он, остановившись на половине пути в разработке идеологии государственного патриотизма, просто-напросто эту идеологию сдал и сегодня о ней не вспоминает. Решив, что не человек делает обстоятельства, а обстоятельства делают человека, Белов спокойненько перекочевал в левацкий стан партии и чувствует себя в этих обстоятельствах вполне удовлетворительно.

Но самое плохое заключается в том, что левые уклонисты, втянув партию в зону идеологической неопределенности, превращают её в общественном мнении в партию, которая становится всё более непонятной и непредсказуемой. Социологи обращают внимание на то, что увеличивается количество людей, не имеющих определенного мнения как о деятельности партии так и о путях ее дальнейшего развития. Так например на вопрос о том в какую сторону в дальнейшем будет развиваться КПРФ не имели мнения в 1998 году 5% опрошенных, а к началу 2002 года уже 18%. (Для того, чтобы исключить разговоры о среднепотолочной социологии, поясняю, что в этом разделе приводятся социологические данные, опубликованные в газете "Правда России"). Совершенно очевидно, что если число не имеющих мнения о партии будет увеличиваться и дальше, то рейтинг партии неизбежно начнёт снижаться. Этот процесс особенно хорошо виден на примере Санкт-Петербургской городской организации, которую леваки- фразёры уже успели приватизировать. Ещё в 2001 году профессор А. Воронцов (член КПРФ), выступая на одном из пленумов горкома партии, обратил внимание на то, что рейтинг КПРФ в городе снизился до 8%. Сегодня же по данным еженедельника "Город" от 31 марта этот рейтинг составляет всего лишь 6%. ( По другим данным рейтинг партии даже ниже указанных 6%). Думает ли фракция Белова о том, что она вытворяет с городской организацией КПРФ? Разумеется, она об этом не думает, точно так же как Белов не думает и о том, что левый уклон своими действиями загоняет партию в угол.

Можно ли хоть каким-то образом подтвердить, что идеологию государственного патриотизма, неприемлемую для леваков-фразёров, поддерживает большинство коммунистов, или эта идеология просто вымысел? Можно ли хоть как-то говорить об удельном весе левого уклона в партии, или этот уклон тоже вымысел? Все это можно и нужно подтвердить, опираясь на те же социологические данные. После VIII съезда КПРФ социологи провели опрос (март 2002 года), в котором, в частности, затронули одну из ключевых позиций идеологии государственного патриотизма. Вопрос звучал следующим образом: "Некоторые считают, что КПРФ должна сочетать в себе лучшее из марксизма с русской идеей и борьбой за национально-государственное возрождение России. Согласны?". Выяснилось, что с такой постановкой вопроса полностью согласны 81% членов КПРФ и 84% активных сторонников партии. Более или менее согласны 7% членов КПРФ и 11% активных сторонников. Таким образом внутри партии эту основную позицию идеологии государственного патриотизма поддерживают 88%, а среди активных сторонников - 95% опрошенных. Думается, что приведенные данные говорят более чем о многом. Во-первых, эту позицию поддерживает подавляющее большинство и членов партии и её сторонников. Единство партии со сторонниками (на самом деле многими миллионами) - это необходимое условие и единственная возможность реальной деятельности партии. Следовательно и условие и возможность мы сохраняем благодаря идеологии государственного патриотизма. Во-вторых, это означает, что левые уклонисты (в числе которых после VII съезда оказался и Белов), отвергая государственный патриотизм как идеологию, фактически выступают против всей партии, нанося ей вред. И в-третьих. Тот факт, что сторонников партии, поддерживающих идеологию государственного патриотизма больше чем в самой партии, подтверждает лишь одно: продолжение деятельности левого уклона приведёт к дальнейшему увеличению разрыва между партией и её сторонниками, чего допускать нельзя ни при каких обстоятельствах. Если бы читатели не сочли лишним проанализировать данные социологии и по другим позициям идеологии государственного патриотизма, то они увидели бы практически те же результаты.

Теперь непосредственно о левом уклоне. Естественно, что внутрипартийная база поддержки левого уклона определяется количеством людей, несогласных с вопросом социологов. Среди членов КПРФ, категорически несогласных с постановкой приведенного выше вопроса оказалось лишь 3%. Поразительно, но факт: сторонников партии, категорически несогласных с идеологией государственного патриотизма не оказалось вообще! Из этих данных тоже можно сделать выводы. Во-первых, представителей левого уклона в партии (с учетом погрешностей) - не более 5%. Левый уклон в партии, является откровенным меньшинством. Именно потому я утверждаю, что закрепление левых в руководстве партии будет означать её приватизацию тем меньшинством, для которого мнение большинства в партии - не более чем пустой звук. Во-вторых, левизна в партии - это хроническая внутрипартийная болезнь. Обострения этой болезни происходят каждый раз в новых исторических условиях и в новых формах её проявления. Сегодня левизна в партии проявляется в форме левацкого словоблудия в идеологии и полнейшей импотенции в реализации своих левацких идей на практике. Сегодня сохранение и продолжение левого уклона может привести партию к саморазрушению, в лучшем случае - к расколу.

На Х съезде РКП(б) в марте 1921 года Ленин говорил: "Уклон не есть ещё готовое течение. Уклон это есть то, что можно поправить". Думается, что у нашей партии возможность поправить дело с левым уклоном ещё есть, но времени остаётся крайне немного. ЦК уже вопроса не решит. Похоже, что вопрос об уклоне может решить только съезд, который по стечению обстоятельств тоже будет десятым. И всё будет зависеть от позиции Г. Зюганова. Если съезд "заболтает" идеологию государственного патриотизма и сделает вид, что левого уклона, уклона болтунов и бездельников, в партии не существует - значит нас ожидают действительно тяжёлые времена. Три года назад в брошюре "Сделать шаг вперёд" я писал, что с идеологической точки зрения "наша левизна заключается в том, что мы в идеологию государственного патриотизма вкладываем своё партийное, социалистическое содержание". Сегодня Г. Зюганов в статье "КПРФ - партия социализма и патриотизма" заявляет, что нам необходимо "насытить общие патриотические лозунги более конкретным - социалистическим содержанием". Такой подход лидера партии к идеологическим проблемам в какой-то степени обнадёживает, ибо патриотизм, наполненный социалистическим содержанием - это и есть именно тот патриотизм, который и называется государственным. Однако весь вопрос заключается в том, что задачу в области идеологии, которую поставил в своей статье Г. Зюганов, сегодня выполнять практически некому. Бывший идеолог партии Н . Биндюков как мы уже знаем проблемами идеологии государственного патриотизма заниматься даже и не собирался. Сегодня он нам рассказывает в своих статьях о проблемах глобализма. Но для этого, думается, вовсе не обязательно быть секретарем ЦК КПРФ. Другой секретарь, кажется нынешний идеолог, И. Мельников ничего вразумительного в области идеологии партии тоже не предложил. Сегодня можно констатировать, что секретари ЦК, "ответственные" за идеологию, идеологический актив партии не формировали, не обучали и не воспитывали. Это главный идеологический итог их деятельности, а точнее того левого уклона партии, к которому в конце концов примкнул и Ю. Белов.

***

Уже давным давно и абсолютно всем известно, что в основе всех и всяческих левых уклонов лежат догматизм и радикализм. И если сегодня догматизм наших левых заключается в общей фразеологии о чистоте марксизма-ленинизма и о чистоте КПРФ, то их радикализм выражается вовсе не в общепартийных акциях и действиях, ориентированных на общество. Современный левый уклон на подобные действия просто не способен. Истоки их радикализма следует искать не в идейной убежденности левых, а прежде всего в психологии, потому что для наших леворадикальных фразеров марксизм-ленинизм давно уже стал психологическим состоянием, но никак не руководством к общепартийному действию. И в этом смысле радикализм наших внутрипартийных левых ничем не отличается от радикализма любых других течений в любых других партиях. Опасность наших леворадикальных словоблудов заключается в том, что не имея реальной поддержки большинства членов партии, не имея реального понимания в партии и обществе, они неизбежно переходят к организационным формам работы внутри партии, направленным на формирование любым способом своего большинства в руководящих органах партийных организаций. А сделав даже первый шаг в этом направлении, они моментально забывают и о своей идейности, и о нормах морали, и об уставе своей собственной партии, потому что психология борьбы весьма примитивна: кто против нас - тот враг. Психологический портрет радикалов очень точно обрисован кандидатом психологических наук Н.М.Ракитянским в бюллетене "Вестник политической психологии" №1, 2003 г. Он в частности пишет: "Радикал представляет собой личностный тип прямого, непосредственного реагирования: на вызов он отвечает вызовом, на обиду - стратегией массированного возмездия. Радикал эгоистичен и разрушителен, у него преобладает мотив достижения любой ценой… Такая мораль, связанная с максималистской достижительностью, означает ослабление нормативных начал нравственности и возвращение в доцивилизованное состояние".

Это портретирование радикализма практически по всем позициям совпадает с тем, что и как сделал Ю. Белов вместе со своими сторонниками в Санкт-Петербургской городской организации КПРФ с начала прошлого года. Как только Белов понял, что О. Корякин "созрел" для принятия собственных решений без оглядки на Ю. Белова, Юрий Павлович приступил к "радикальному" решению вопроса. Начал он с десятков индивидуальных встреч с коммунистами, которые имели хоть какое-то влияние на партийные организации. Разумеется имели место и многочисленные телефонные переговоры. Суть всех этих действий заключалась в том, чтобы внедрить в сознание коммунистов мысль о неблагополучном положении дел в партийной организации и о необходимости изменить состав бюро и городского комитета партии. Метод словоблудия здесь срабатывал безотказно: конкретных претензий к О. Корякину с какими-либо ссылками на устав и партийные документы не приводилось, но мысль внушалась. Далее Белов по существу лишил Корякина управляемости партийной организацией, создав своё послушное большинство в бюро горкома партии. Так возникло ядро фракции Белова в управляющем звене партийной организации. Разумеется, что эта фракция (С. Сокол, В. Федоров, А. Краузе, Г. Баринова, В. Немец) блокировала в бюро все предложения О.Корякина и вывела бюро из подчинения первому секретарю. Уже эти первые шаги Белова убедительно доказывают, что он пошёл по пути фракционной деятельности. Любой словарь нам разъясняет, что фракционная деятельность - это дробление целого. В данном случае - это дробление партийной организации не только в смысле идейного единства, но и её организационного единства. Белов начал "дробить" организацию на всех уровнях - от бюро и горкома до районных партийных организаций. Опубликовав свою провокационную статью "Грозящая опасность", Юрий Павлович начал навязывать незаконную партийную дискуссию. Почему я называю все действия Белова провокацией? Не только потому, что они представляют собой фракционную деятельность, но и потому, что реальных причин и поводов для таких действий не существовало. А ещё потому, что товарищ Белов навязал дискуссию в разгар предвыборной кампании. Ещё потому, что товарищ Белов противодействовал избранию О. Корякина и С. Житкова депутатами ЗакСа. Самое печальное заключается в том, что Белов вывел организацию за пределы устава партии. А навязанная Беловым так называемая отчётно-выборная конференция по своему содержанию представляет собой жалкую пародию на смысл и суть всей партийной работы в целом. Нет никакого сомнения, что каждый шаг Белова и его сторонников требует самого тщательного изучения. Смею заверить всех заинтересованных и совсем не заинтересованных читателей в том, что деятельность фракции Белова будет всесторонне проанализирована и доведена до всех коммунистов. Было бы слишком большой и непозволительной роскошью разрешить фракционерам втянуть партию в режим аппаратных игр и превращения коммунистов в бессловесных, управляемых и обманутых исполнителей воли фракционеров.

Характерной (и совершенно естественной для леворадикальных словоблудов) особенностью является их презрительное неприятие любого мнения коммунистов, несовпадающего с мнением наших доблестных левых. Причём речь идёт не только о мнениях отдельных коммунистов, но и целых районных организаций. Вот вам всего лишь один из многих десятков других фактов. Районная конференция двадцатью одним голосом против трех предлагает ввести в состав горкома первого секретаря районного комитета партии. Казалось бы вопрос настолько ясен и понятен, что любые комментарии просто излишни. Но, разумеется, не тут то было. Этот первый секретарь, видите ли, имеет взгляды, отличные от взглядов товарища Белова. И естественно, организаторы городской конференции, полностью игнорируя коллективное мнение районной организации, протаскивают в состав горкома совершенно другого коммуниста. И при всём при этом полномочия этого коммуниста как делегата городской конференции вызывали обоснованное сомнение , но были подтверждены не смотря на превышение установленной нормы представительства от каждой районной организации. Разве это не пример издевательства над первоосновами партийной жизни? И разве это не пример циничного словоблудия леваков о необходимости соблюдения партийной дисциплины? По иронии судьбы с подачи и по настоянию Ю. Белова один из Пленумов ЦК КПРФ принял резолюцию "О дальнейшем укреплении единства КПРФ и партийной дисциплины". В резолюции прямо сказано, что "к мнению каждого коммуниста, к решению партийных собраний обязаны прислушиваться и учитывать их все без исключения вышестоящие органы партии". Фракционерам Белова в силу своей природы даже в голову не придёт задуматься об этой резолюции Пленума и других партийных документах, предписывающих соблюдать ленинские нормы партийной жизни. Потому в состав городского комитета не включена целая группа действующих первых секретарей райкомов и членами горкома не избраны коммунисты-депутаты ЗакСа. Об этом даже и вопроса не ставили! Разумеется беловские фракционеры будут гордо словоблудствовать, что не избрание этих коммунистов в горком является волей большинства. Но о том, что эта послушная "воля" сфабрикована, сформирована и организована самими леваками, говорить разумеется не будут. Таковы правила игры всех уклонов, а левацких в особенности.

Но давайте рассмотрим ещё один вопрос. Что делать коммунисту, когда он не согласен с действиями партийных органов или отдельных членов партии? Каждый ответит, что нужно обращаться в контрольно-ревизионную комиссию. Именно КРК является независимым партийным органом, который обязан все жалобы и заявления рассматривать только и только с позиций устава партии. Именно в КРК избираются наиболее опытные коммунисты, имеющие авторитет у членов партии, коммунисты не запятнавшие себя нарушениями устава партии и общепринятых норм нравственности. Казалось бы, кандидатуры членов КРК должны быть рассмотрены и взвешены самым тщательным образом, потому что от принципиальности и зрелости контрольно-ревизионных комиссий всех уровней зависит зрелость соответствующей партийной организации и партии в целом. И что же делают фракционеры Белова? А они в состав КРК при горкоме протаскивают молодого ещё коммуниста, не предложенного районной организацией и имеющего два партийных взыскания за клевету на членов партии. Разве такое можно себе представить с точки зрения элементарного здравого смысла? Конечно же нет. А вот сторонники Белова могут себе представить и другое. Для них решения двух разных первичных организаций о наложении взысканий на этого коммуниста представляются такой смешной глупостью, что по каким-то формальным признакам эти взыскания предусмотрительно и заблаговременно отменяются решениями той же КРК. В этом факте как в капле воды отражается вся несостоятельность психологии и словоблудия беловских фракционеров и левого уклона в партии. Для них главное - протащить своих делегатов на конференции, протащить своих людей в партийные органы, избрать своих секретарей партийных организаций, протянуть своих людей в партийный выборный список, протянуть своих делегатов на съезд партии и т.д . и т.п. А сотворив всё это, они как правило во всю силу кричат о партийной дисциплине и начинают исключать из партии не угодных им лиц. Поскольку леваки не в состоянии обосновать свои действия по каким - либо формальным признакам, они используют давно апробированные приемы навешивания на своих оппонентов всевозможных ярлыков. Фразеология ленинградцев-леваков поражает своим убожеством и примитивностью. Я уже коснулся того печального факта, что даже Белов, претендующий на право быть питерским интеллигентом, додумался назвать "инакомыслящих" врагами. Но в соответствии с какими нормами устава партии или действующего законодательства Белов присвоил себе право называть кого-либо врагами, делая это на официальном заседании Пленума? Белов очевидно просто не способен понять, что он начинает культивировать в партии давно осуждённые приёмы того прошлого, когда балом в стране и партии правили известные всем "тройки". Собственно говоря в городской организации такая "тройка" уже сформирована. Это Белов- Сокол-Фёдоров. В.Фёдоров в выступлении перед коммунистами Пушкинского района своих товарищей по горкому назвал сволочами. С. Сокол обозвал Семигина кремлёвским кротом. Но дальше всех пошёл В. Немец. По его глубоко научному убеждению, все "кто не с ними" - это токсичные отходы. Не правда ли, очень элегантно и доходчиво. А вот собкор "Советской России" С. Иванов своим читателям объявил, что в городской организации появились "раскольники, которые легко отделались". Словоблудию леваков просто нет предела и нет никакого смысла продолжать перечисление перлов этого злобно-шизофренического бреда. Но зато есть смысл задуматься к чему приведут партийную организацию наши леваки и что ждёт каждого из них в будущем. Лично мне совершенно понятно, что леваки-беловцы покрыли позором не только самих себя, но и всю Санкт-Петербургскую организацию КПРФ. В историю нашей организации вписана чёрная страница, которую стереть и вырвать уже невозможно. И авторы этой страницы в будущем учебнике по истории КПРФ будут выделены тоже чёрным и очень крупным шрифтом.

Организованная Беловым внутрипартийная провокация, возникновение беловской фракции в городской организации, характер, способы и приёмы деятельности фракционеров, как я уже отмечал, требуют серьёзного и взвешенного анализа. Но уже сегодня они побуждают и к некоторым обобщениям. На мой взгляд, эти обобщения (с неизбежными статейными повторами) сводятся к следующему.

С точки зрения диалектики, любое явление, любой общественный и политический организм, в том числе и такой, как любая партия, развиваются на основе разрешения своих внутренних противоречий. В любой партии такими полюсами противоречий являются левые (радикальные) и правые (либерально-консервативные) тенденции, уклоны или течения, проявляемые в различных формах. Иными словами, без левых и правых уклонов ни одна партия существовать не может в принципе. И проблема заключается не в наличии этих "тенденций", а в способах разрешения противоречий, существующих между ними.

С идеологической точки зрения в КПРФ противоречия между левым и правым уклонами могут разрешаться только через идеологию государственного патриотизма, являющуюся внутрипартийным идеологическим стержнем и выполняющую функцию центристского внутрипартийного течения, способного компенсировать право-левые вывихи в партии и обеспечить её единство.

С организационной точки зрения партия остается таковой, если она разрешает внутренние противоречия в рамках своего действующего устава. В противном случае она перестаёт быть партией и превращается в качественно другую организацию. В коммунистической партии единственным механизмом разрешения внутренних противоречий является реализация ленинского принципа демократического централизма.

В КПРФ после VII съезда партии обозначилось усиление левого уклона партии. Идеологическая база левого уклона - противодействие идеологии государственного патриотизма, якобы выступающей в качестве альтернативы идеологии марксистско-ленинской. В практических действиях идеологические установки левого уклона выражаются в борьбе против НПСР, как организации, культивирующей правый уклон, который стремится социал-демократизировать партию и поставить её в финансовую зависимость от олигархов, в том числе и входящих в НПСР. В организационном плане левый уклон партии стремится завоевать большинство в руководящих органах партии и таким образом приватизировав партию, превратить её в партию с узкой базой социальной поддержки, ориентированной на людей с устаревшими традиционалистскими представлениями о "левизне" в коммунизме. С точки зрения внутрипартийной работы, левый уклон в партии дезавуирует решения, закреплённые в основных партийных документах и расшатывает идеологические и организационные первоосновы деятельности партии.

Левый уклон в партии сегодня представляет собой уже не детскую, а старческую болезнь левизны в коммунизме. Неспособность левого уклона реализовать свои идеи в практических делах партии вырождается в левацко-радикальную фразеологию, находящую поддержку у люмпенизированного слоя общества. Это слой общества, потерявший способность к адекватной реакции на происходящее и являющийся по существу его социально пассивным придатком. Это тот слой общества, который нужно спасать, но на который рассчитывать не приходится.

Деятельность фракции Белова в Санкт-Петербурге убедительно подтверждает, что левый уклон в партии, игнорируя ленинские принципы партийного руководства и пренебрегая ленинским принципом демократического централизма, насаждает в партии систему административно-бюрократического управления партийными организациями.

Усиление левого уклона в партии и провокационная деятельность беловских фракционеров поставили городскую организацию под угрозу её раскола. Начинает поступать тревожная информация о фактах отказа коммунистов уплачивать членские взносы, о выходе коммунистов из составов районных комитетов партии, о снятии с учета в первичках по личным заявлениям и даже о прекращении членства в КПРФ. Не исключено, что определённое количество коммунистов прекратит свою партийную деятельность без всяких официальных уведомлений и в конечном итоге окажется в списке лиц, утративших связь с партией.

В этой связи представляется, что послушное пробеловское большинство делегатов второго этапа городской конференции окажется неспособным дать объективную оценку происходящему, точно так же как оно окажется неспособным предложить организации реальные пути выхода из кризиса. Сегодня главная организационно-политическая задача коммунистов Санкт-Петербурга - возвращение партийных организаций, районных и городского комитетов КПРФ в рамки устава партии и ленинских норм партийной жизни. Эта задача является актуальной не только для городской организации, но и для партии в целом. И эта задача может быть решена только съездом партии через осуждение левого уклона. Если съезд не даст исчерпывающей политической оценки истокам, сущности и опасности современного левого уклона - то исход из партии тех коммунистов, которые решительно выступают против беловских методов работы и левацких извращений в партийной деятельности , на мой взгляд будет практически неизбежным.

Сергей Ованисьян.  

www.kp.nm.ru

наверх Загрузок: 5629    всего просмотров  24.04.2004